основные разделы

КЛОК – кофейня, лекторий, офис, кооператив
  • 1,660
  • 13
Часть первая, злободневно-политическая Вам чай? кофе? Попробуйте воздушное какао, у нас лучшее в деревне… Глобальный самовар закипает. Усиливаются народные протесты в Европе, в Америке, в Австралии. Протесты на Русском Севере, на Дальнем Востоке, в Башкирии. Массовые протесты в братской Беларуси… Ещё чуть-чуть, и протесты станут обыденностью. Можно будет пролистывать их как новости о погоде. А ведь люди борются за мои права! Если прекратят борьбу, моя жизнь, скорее всего, станет суровее. Однако есть у протестов «ахиллесова пята», и большинство пользуется этим, чтобы не участвовать. Люди понимают: одними протестами дело не выправить. Протесты – лишь крик о помощи. Проблема в том, что угнетение народа во всех странах происходит СИСТЕМНО. Действует безнравственная, но отлаженная система, состоящая из идеологии, ресурсов и корпораций. По тысячам щупалец бегут электрические сигналы, распределяя ответственность. А на улице всегда – толпа. Даже если за ней стоят политические партии. Толпа не может стать системой, будь она трижды доброжелательна и симпатична, как женские марши в Минске. Систему можно преобразовать только другой системой. Создаётся впечатление, что никто из современной российской оппозиции не работает над созданием системы, не смотря на болтовню об этом. Для этого требуются долгие годы рутинной неоплачиваемой работы. Гораздо проще заниматься демагогией и пиаром, выстраивая штабы и коалиции лишь для того, чтобы вытаскивать людей на улицы. Это разоблачает их главную цель – свергнуть режим любой ценой, используя толпу как таран и щит. Их не смущает, что, в случае «успеха», революционных романтиков всегда пожирают прагматики и циники, а старая система воссоздаётся снова на новый лад. Террор и смута отбрасывают страну вспять. За последний век российский народ входил в смуту трижды: 1905, 1917, 1991. Путь замедлился. По ощущениям, мы недалеко ушли от реформ 1861 года, освободившись на бумаге, а в действительности оставшись крепостными. Радикалы и революционеры – крайность. Но есть другая крайность – часть интеллигенции, которая добровольно вычеркнула себя из социально-политической жизни («политика дело грязное»). Эти люди сосредоточились на вопросах образования и культуры. Они во многом правы: нравственная педагогика решила бы 80% всех проблем. Но… Педагогика беззащитна как ребёнок. Вероломные люди с маузерами или с мешками денег постоянно вторгаются в святая святых. Религия, образование, культура нуждаются в защите. А это значит, представители этих сфер не вправе уклоняться от общественно-политической борьбы. Вопрос лишь в том, какими методами. Удивительно, в столице Башкирии трудно обнаружить людей, системно работающих над созданием альтернативы действующему курсу, вгоняющему страну в летаргию. Да, я вижу неравнодушных граждан, которых унижение в правах сделало активистами, способными грудью закрывать целые горы. Я вижу радикалов, подгоняющих страну к майдану и смуте. Вижу интеллигенцию «вне политики», прячущую головы в песок экопоселений и творческих кружков. И конечно, я вижу армию функционеров, вытаскивающих из кормушки подряды и гранты, чтобы заниматься имитированием демократических институтов. Общественные палаты и советы по правам человека, молодёжные движения и профсоюзы, партии и депутаты, сотни НКО – везде кипучая активность по второстепенным вопросам и гробовое молчание – по ключевым. В Уфе нет публичного места, куда можно пойти в поисках общения и сотрудничества, если ты не приспособленец и не радикал. Вы знаете такое место? Думаю, в большинстве городов ситуация та же. Часть вторая, практическая Системную работу, способную охватить множество сообществ постсоветского пространства, я вижу в деятельности таких людей как Святослав Мурунов. Я нахожу там высокую этику, методологию, а главное – практический опыт и набор прикладных решений. Я вижу новый подход к развитию территорий, социальное проектирование и городскую модерацию, технологию запуска соседских и культурных центров силами местных сообществ. «Телеграф» в Светлогорске (vk и fb)– пример того, как горожане самостоятельно создают сообщество, способное влиять на ключевые процессы вокруг. Уфе нужны подобные центры. Каждый может иметь свою конфигурацию и неповторимое лицо. Общее для всех – этические принципы, а также этапы запуска. Опишу то, вокруг чего хотелось бы искать единомышленников. Соток 15 земли в пригороде (чем больше, тем лучше, вопрос цены). Не далее 25 км от центра города, чтобы дорога занимала меньше получаса, и можно было легко добраться на личном или общественном транспорте. Деревянный дом квадратов на 250-300, поделённый на четыре функциональных зоны (три на первом этаже и одна на втором) Дом уютный, тёплый и светлый. Собственные вода, электричество, канализация, газовое отопление и скоростной интернет. В доме находятся: 1) кофейня, 2) лекторий, 3) офис + кооператив. Со временем на участке могут появиться беседка, детская зона, мастерские, сад-огород, магазин и прочее. Площадь на втором этаже можно определить под мини-отель (пару комнат) для ночлега иногородних лекторов и гостей. Почему кофейня? (Или чайная, кому что ближе.) Смысл проекта – создать атмосферу плодотворного общения и сотрудничества. Проще делать это при совместном чаепитии или за обедом. К тому же, сотрудники и гости заведения могут проводить там много времени, и без напитков и перекуса никак. Нужно запланировать не просто угол с кофе-машиной и самоваром, но кухонную зону для готовки продуктов. Поставить в холле несколько столиков для посетителей плюс столики на улице. Кофейня обслуживает сотрудников офиса, аудиторию лектория (раз-два в неделю), а также посетителей, в том числе людей с улицы. Подсобные помещения включают четыре небольших санузла, две гардеробных и котельную. Лекторий. Он же дискуссионный клуб. Это помещение в правом крыле дома для проведения лекций, семинаров, дебатов, коворкинга, воркшопов, коллективных размышлений и тому подобного. В повестке лектория находятся насущные проблемы территории. Лекторий вмещает минимум 30 человек и имеет необходимое оборудование: проектор, флипчарты, раскладные столы-стулья, оргтехнику. В этом же зале может быть организована импровизированная сцена для камерных концертов (типа квартирников), а также выставка работ местных мастеров. Офис. Помещение в левом крыле дома для работы нескольких небольших самостоятельных коллективов. Возможно, офис в «американском» стиле, то есть один зал с небольшими перегородками. Офис прежде всего для правления кооператива. Здесь же своя видеостудия (с оборудованием для съёмки и монтажа), а также дружеская студия дизайна. Ещё можно посадить рядом друзей юристов (правозащитников). Ещё могут найти свой угол программисты или представители иных креативных профессий. Вероятно, около 15-20 рабочих мест. Если говорить об архитектурном облике здания, то лично мне симпатичен стиль старых бревенчатых домов Русского Севера. Большой дом «шестистенок» на высоком фундаменте и с классической двухскатной крышей. Пространство под крышей даст второй этаж той же площадью, что центральная зона, таким образом, над кофейней-чайной можно разместить жилые (гостиничные) помещения. Экономической основой проекта является потребительский кооператив. Актив сообщества и все посетители, друзья, партнёры постепенно вовлекаются в выгодную потребительскую кооперацию. Разумеется, кооператив нацелен на охват максимальной аудитории в регионе. Программы могут быть самыми разными: совместные закупки продуктов и товаров с целью экономии, беспроцентные займы друг другу как альтернатива ипотеке и автокредиту и т.д. Кооператив – самая сложная часть проекта, и одновременно – фундамент, который обеспечит самостоятельность. КЛОК – рабочее название для формата заведения (чтобы не повторять всякий раз «кофейня-лекторий-офис-кооператив»). Может быть, аббревиатура не самая удачная. Кому-то привычнее использовать «ОКЦ» (общественно-культурный центр), «комьюнити-центр», «культурный штаб» или иное. В любом случае, у каждого подобного центра будет имя собственное, не говоря уж про свой устав. Источником инвестиций может быть существующее сообщество (люди строят вскладчину и оформляют на коллектив) либо один-два инициатора, которые начинают строить на свои деньги, а потом привлекают остальных. Проект некоммерческий, но самоокупаемый. В некоторых ОКЦ главным доходом может быть предоставление помещений под мероприятия, семинары и прочее. В каких-то – работа кафе, если объект находится в людном месте. Для уфимского КЛОКа я вижу доходом работу кооператива, а также выполнение городских заказов по социальному проектированию и обучению (в будущем). Строить нужно максимально дёшево, но добротно. Сделать проект, учитывающий всё до гвоздя. Придумать, как сэкономить на материалах. (Да, сруб дороже каркасника, но привлечёт больше людей.) Несложные строительные и отделочные работы делать силами зарождающегося сообщества. Постараться найти единомышленников среди строителей, которые окажут шефмонтаж или выполнят работы по себестоимости в обмен на партнёрство и рекламу. Соучастие в создании такого объекта станет делом, которое знакомит и объединяет людей. Процесс проектирования, строительства и работы такого центра предполагает открытое вовлечение людей (даже просто любопытных), а также раскрутку с помощью качественных видео. Подобные проекты объединяются в неформальную горизонтальную сеть, обмениваются сигналами. Можно влиться в сеть «Центров прикладной урбанистики» Святослава Мурунова (vk и fb). Из торчащих по всей стране «клоков» сшивается лоскутное «одеяло». :) Никто не тащит одеяло на себя. Творческое общение и взаимное обогащение. Сотрудничество и кооперация. Спустя годы сеть таких Клоков или Окц может стать опорой для ненасильственной перезагрузки системы самоуправления в стране. Это будет общественная деятельность без тотальной зависимости от администраций. Новая политика без вертикальных партий и крикливых протестов. Впрочем, как это будет – покажут тонны выпитого чая, кофе и какао. Для того и нужны такие центры, чтобы желаемое будущее обсудить и приблизить. Это станет модным! Приехать в пятницу на лекцию интересного человека. Заказать чашечку душистого горячего напитка. Принять участие в дискуссии и совместной работе. Послушать новости местной команды, посмотреть свежее видео. И конечно, узнать, как идут дела у кооператива, где ты тоже пайщик, и где твой голос имеет вес. Источник: Soorganizator.ru
Cообщества, кооперация, лидерство и яблоневый сад
  • 546
  • 0
https://www.youtube.com/watch?v=EtqOg_3liIs Текст видео: Посмотрите, каким напряжённым становится мир! Вспышки протестов на всех континентах. Даже в родной стране. Раньше можно было спрятаться. Проблемы на работе – человек искал тихую гавань в семье. Нелады в семье – мог жить карьерой. Мог уйти в творчество, в общественную деятельность, в монастырь. А сегодня бежать некуда. Даже если всё нормально, накапливается смутная тревога в душе. Так бывает, когда мир на пороге больших потрясений. А это всегда трагедия и обновление. Тоска и надежда. *** Я нашёл несколько понятий, которые помогают преодолеть чувство тревоги. Найти ответ на вопрос: что делать? Я как будто намыл золотые слитки в тоннах пустой породы. Первое понятие: местные сообщества. Второе: кооперация. Третье: этическое лидерство. Первое больше относится к местному самоуправлению. Второе – к местной экономике. Третье – к местной политике. Я понял, что основа местного самоуправления – не муниципалитеты, а сеть местных сообществ. Основа местной экономики – не инвесторы, а кооперация местных производителей и потребителей. Основа местной политики – не депутаты и партии, а публичный диалог лидеров сообществ. Диалог ради согласования интересов. Слово «местный» – не случайно. Когда нам говорят, что большая экономика и большая политика живут по своим законам, и что этим должны управлять большие дяди, это большой обман. Глобальное – это сотрудничество локального. *** С местным развитием связано ещё одно понятие. Общий дом. Общественно-культурный центр. Соседский центр. Народный клуб. Проектный офис. В общем, некое пространство, где можно встречаться, учиться разговаривать, совместно думать и действовать. Представьте: просторный деревянный дом где-нибудь в пригороде. А вокруг яблоневый сад. В этом доме кофейня, лекторий, офис и кооператив. Здесь же на участке расположены мастерские, детская площадка, спортивная зона. Постепенно создаётся атмосфера, которая притягивает неравнодушных. За чашкой чая с яблочным вареньем поднимаются насущные вопросы. Эти вопросы рождают совместную деятельность. *** К сожалению, современный мир наполнен агрессией так же, как это было во времена Гитлера, Наполеона или Мамая. Только агрессия эта менее заметна. Сегодня нужно меньше грубой силы, чтобы эксплуатировать людей. Огромные корпорации, где люди словно винтики или канцтовары. Роботизированные армии, которым нужны войны, чтобы тестировать оружие. Политические партии, лоббирующие интересы олигархов. Телеканалы, которые облучают всех, кто не спрятался. Всё это похоже на артефакты какой-то мрачной древней цивилизации. Но есть другая цивилизация. Она зарождается в маленьких человеческих оазисах. В местных сообществах, кооперативных клубах, культурных офисах. Пройдёт время, и такие сообщества встанут на защиту нашего семейного бюджета и наших улиц. И не нужны будут протесты, чтобы бороться с диктатурой корпораций и государств. Источник: Soorganizator.ru
На школе городских модераторов Святослава Мурунова (Светлогорск, Телеграф)
  • 492
  • 1
В июле месяце я был на берегу Балтийского моря в курортном городке Светлогорск. Там в пространстве общественно-культурного центра «Телеграф» проходила трёхдневная «Школа городских модераторов» Святослава Мурунова. Светлогорск – отличное место для занятий спортом (море, солнце, сосны на горе – легко дышится), а также для учёбы и общения. Как пошутил Святослав: обучаться тут хорошо, потому что море у нас холодное. Модератор тот, кто помогает людям (сообществам) с разными позициями вести равноправный диалог. Диалог – это общение без манипуляций. Общение – это поиск и создание общего. Манипуляция – это когда моё преподносится и навязывается под видом твоего (или частное под видом общего). В процессе диалога по выбранной теме люди выражают свои позиции и знакомятся с позициями других. В наше время это уже результат. Нередко людям удаётся сблизить позиции или даже прийти к согласию. Если придерживаться правил общения, то с каждым «раундом» эффективность может расти; находить общий язык и согласовывать позиции становится легче. Модератор забывает о себе как личности, отождествляет себя с темой обсуждения и превращается в ходячий вопросительный знак. Модератор не имеет права высказывать своё мнение, оценивать, занимать чью-то сторону, тащить людей к цели. Главное оружие модератора – это правила ведения диалога, логическая последовательность дискуссии от фазы знакомства в самом начале до фазы обмена впечатлениями и выводами в конце. Инструменты модератора – голос, интонация, жестикуляция, само тело. И конечно – умение задавать вопросы, помогающие участникам раскрыться и раскрыть тему. Модерация состоит из этапа подготовки и вхождения в роль модератора, далее идут пять основных этапов и этап выхода из роли. В подготовке главное – согласование темы с заказчиком и пригласительная кампания. Основные этапы модерации включают в себя знакомство, проблематизацию, генерацию решений, распределение ответственности и рефлексию. Каждый этап имеет свою логику, содержит обязательные вопросы модератора и может варьироваться различными техниками и подходами. Этика диалога выражается в отказе от манипулирования. Согласование интересов и ценностей происходит открыто и добровольно, без вранья и насилия. Если согласования не происходит, потому что люди ещё не созрели, то и тут – без насилия и вранья. Если кто-то пытается продавливать свои решения обманом и силой, то в формате открытого и равноправного диалога (за этим следит модератор) манипуляции становятся заметными, опубличиваются. Особенно это работает в сообществах, в которых в роли модератора попробовали себя все участники. Такими людьми тяжело манипулировать. Сразу вывод: технология модерации по определению – открытая публичная практика, которая естественным образом должна завоевать доверие в обществе, уставшем от вранья. Когда же люди научатся диалогу, необходимость во внешних модераторах естественным образом отпадёт, ибо здоровым ногам костыли не нужны. Модерация (общение по этапам и правилам) занимает часы, дни, иногда недели, если темы не самые сложные. Например, проектирование техзадания на общую мастерскую-беседку во дворе. Модерация сложных тем может состоять из многих раундов и занимать месяцы. Например, проектирование общественно-культурного центра в конкретном районе или составление концепции городского парка. А вот проектирование, например, «дорожной карты» по сохранению Шиханов – это сложнейшая тема масштаба региона и выше, и модерирование такой темы должно начинаться, в идеале, задолго до острого конфликта, а занимать этот процесс может год и более. Кроме общения с морем и замечательными людьми, я ехал в Светлогорск для того, чтобы понять, смогу ли я применить технологию модерации для реализации своих идей. Я обдумываю идею общественного пространства-лектория-коворкинга-кооператива в пригороде. Передо мной два пути. Старый путь – решать главное самому и делать почти в одиночку. Новый путь – стать для начала одним из модераторов местного диалога на заявленные темы. Первый шаг – через диалог исследовать мотивы и потребности людей (и свои собственные), понять, что волнует, вдохновляет и раздражает нас на территории. Понять, в каком направлении могут лежать решения. Второй шаг – передать модерацию коллегам и войти в общение уже в качестве автора собственных идей, пытаясь в открытом диалоге завоевать доверие к предлагаемым проектам, а если надо – существенно скорректировать их. Это очень сложно, но иного ненасильственного пути, наверное, нет. В Светлогорске я увидел, что возникает технология, а лучше сказать – искусство, позволяющее без отступления от высокой этики и с опорой на культуру диалога запускать публичные проекты и менять публичные процессы любого масштаба. Этика 21-го века мягко подводит нас к тому, что даже запуск простой кофейни или коворкинга (а уже тем более – общественного центра или кооператива) возможен только в открытом диалоге со всеми заинтересованными. Когда люди взаимодействуют открыто и неагрессивно, происходит тайна – рождается взаимное доверие как главный капитал наступающих дней. Доверие – «деньги» грядущего века. Вероятно, чем больше взаимного доверия, тем меньше частных ресурсов нужно для запуска любого дела. И наоборот. Заказчиком модерации могут выступать люди и сообщества (чиновники, бизнес, активисты – кто угодно). А может быть так, что запрос на модерацию формирует сама ситуация или проблема, то есть явного заказчика не существует. Первое пока экзотика; рынок заказчиков ещё только формируется. А вот второго – проблемных ситуаций – целое море! Я хочу начать в Уфе формулировать волнующие меня темы и улавливать то, что волнует других. Затем приглашать желающих на открытые дискуссии. Самому тренироваться в качестве модератора. Далее смотреть, приближаемся ли мы к реализации задуманных инициатив. Рефлексию получаемого опыта упаковывать в формате небольших видео. Следите за новостями. :) Спасибо всем кто был в Светлогорске! Короткое видео ниже – дыхание моря, зарисовка без слов. https://www.youtube.com/watch?v=KU-53oD1p9I Кому интересно: citymoderator.ru
Сообщества: почему это важно (видео)
  • 753
  • 1
https://www.youtube.com/watch?v=d-J6P5GmrnE Выступление состоялось в рамках проекта «Конструктор сообществ», организованного общественным Фондом развития города Уфа — fondufa.ru Стенограмма выступления с избранными картинками. Всем привет! Меня зовут Максим, город Уфа, фонд «Соорганизатор». Тема выступления: «Сообщества: почему это важно» Почему это важно лично для меня? Я не являюсь профессиональным экспертом и лектором. Но я хочу поделиться с вами проблемой и поиском решения. Вот пример из моих собственных планов. Допустим, я хочу торговать натуральными пряниками и русским чаем (башкирским чаем). Два подхода. Старый и новый. Подход 20-го века: Деньги. Инвестор. Аренда. Найм. Конкуренция. Маркетинг. Реклама. Прибыль. Подход 21-го века: Местное сообщество. Клуб по интересам. Просвещение. Общественно-культурный центр. Антикафе, коворкинг, воркшоп. Потребительский кооператив. Производственный кооператив. Общая выгода. Чтобы в 21-м веке продать пряник и чашку чая, нужно понимать, что такое сообщество и как с ним работать. Нужно сочетать коммерческий и некоммерческий подходы. Продавать не пряник, а соучастие покупателей во всех процессах и совместное чаепитие. Теперь возьмём крупный план и посмотрим, что происходит в мире. В списке глобальных проблем чаще всего называют темы: Экология, климат Локальные войны, угроза большой войны Занятость и бедность Здоровье и болезни Нравственность и агрессия Все эти проблемы имеют один корень. Если выразить одним словом, то это СВЕРХКОНЦЕНТРАЦИЯ Запредельная концентрация власти, ресурсов, капитала в очень узких кругах. По данным центра Оксфам (Oxfam.org) 1% населения земли владеет половиной всех ресурсов. 90% всех богатств сосредоточены в руках 10% собственников (в России картина та же). За 10 лет число долларовых миллиардеров удвоилось. В последние годы новый долларовый миллиардер появлялся каждые два дня. Пять лет назад общий доход этих богачей рос со скоростью полмиллиона долларов в минуту. В прошлом году их доход рос уже со скоростью полтора миллиона долларов в минуту. Усилилась тенденция к концентрации богатства. В 2014 году 85 самых богатых людей на планете владели такими же средствами, что и беднейшая половина населения, то есть почти 4 миллиарда человек. В 2017 году 43 человека владели этим состоянием. В 2018 году – 26 человек. В этом году состояние Джеффа Безоса (основателя Amazon.com) превысило 150 млрд долларов. 1% от этой суммы способен покрыть бюджетные расходы на здравоохранение в Эфиопии, где живут более 100 миллионов человек. Сегодня 260 миллионов детей в мире лишены возможности учиться в школе. Повышение налогов для сверхбогатых всего на 0,5% могло бы решить эту проблему. Согласно докладу Российской академии наук у нас превосходство среднего дохода богатых над средним доходом бедных (децильный коэффициент) достигло значения 16 при критическом значении 8. За 20 лет социальное расслоение увеличилось в 4 раза. Сверхконцентрация ресурсов (а значит и власти) в узких кругах – вот настоящая мировая проблема. Эта проблема порождает всё остальное – уничтожение друг друга в войнах, уничтожение природы, уничтожение справедливости. Как выглядит сверхконцентрация на примере муниципалитета? Сначала были частные продуктовые магазинчики. Они принадлежали местным предпринимателям. Затем эти магазинчики поглотила сеть «Полушка», крупнейшая розничная сеть в Башкирии, это около 200 магазинов. Затем «Полушку» поглотила «Пятёрочка», это уже 15 000 маркетов. «Пятёрочку» ранее купила X5 Retail Group, а та принадлежит Альфа-Групп. Сверхконцентрация – это поглощение. Основной владелец Альфа-Групп признан самым богатым жителем Лондона. Вот картинка из старого мультика о том, как крокодил проглотил солнце. Когда мы покупаем продукты в лавочке местного производителя, прибыль остаётся на территории. Это значит, что мы своими деньгами помогаем развивать местную экономику. Когда мы покупаем в «Пятёрочке», прибыль уходит в офшоры – собственникам миллиардерам, живущим в Лондоне и другой загранице. То же самое – с любыми крупными компаниями на нашей территории. Крупные торговые центры. Крупные застройщики. Крупные заводы. Все они как пылесосы высасывают прибыль из муниципалитета, из региона, из страны. Что остаётся на территории? Потребители вместо производителей. Истощение местных ресурсов. А ещё – полная зависимость от внешней среды, от далёких центров, откуда приходят товары, деньги и технологии. Сверхконцентрация приводит к сверхопустошению. Необходимо форсировать обратный процесс: СВЕРХРАСПРЕДЕЛЕНИЕ Горизонтальное распределение ресурсов, капитала и власти по миллионам человеческих сообществ. С в е р х р а с п р е д е л е н и е – это когда: Кооперация мелких важнее крупного. Самостоятельность территории: 80% дохода от мелких производителей + 20% от крупных (сейчас наоборот). Собственные доходы – главный инвестор. Самоуправление территории: 80% бюджета зарабатываем и тратим сами, 20% получаем и отдаём (сейчас наоборот). Альтернатива – это любые процессы с приставкой САМО: Самосознание Саморазвитие Самоорганизация Самоуправление Самообеспечение Самозащита Но один в поле не воин. Необходимо от Я переходить к МЫ. Здесь поможет приставка СО. Соучастие Совладение Соуправление Софинансирование Сотрудничество (кооперация) А есть ещё такие замечательные слова: Cочувствие Cотворчество Cорадование (Word не знает это слово!) И конечно, ключевое слово нашей темы: СО-ОБЩЕСТВО. Сообщество – от слов «совместный» + «общество». Сообщество – самоорганизация вокруг общего. Самоорганизация – это когда мы сами, добровольно, снизу. Общим может быть место – тогда получим местное сообщество. Соседи по дому, двору. Сельское сообщество. Общими могут быть интересы, ценности, лидеры. Велосипедисты. Рыбаки. Собачники. Мамашки. Историки. Натуропаты. Любители Пушкина. Последователи Ганди. Сообщества чаще всего: Неформальны (это не юр. лица). Без жёсткой структуры, начальников и подчинённых. Выстраивают горизонтальные связи. Открыты (свободный вход/выход). Не имеют целью деньги, хотя могут зарабатывать. Сообщества могут быть виртуальные – когда отсутствует регулярная деятельность в реальной жизни. Это большинство групп в интернете – клубы по интересам. И деятельные – люди встречаются офлайн и формируют свою сетку событий. Приведу пять ярких историй из разных областей. Подумайте, что у них общего? Дагестан (1985-2000) Магомед Чартаев. Союз собственников-совладельцев «Шукты». Колхоз в селе Шукты всегда был дотационным. Считалось, что высоко в горах невозможно заниматься сельским хозяйством успешно. Колхозники жили бедно, конфликтно, в домах не было даже электричества. В 1985 году председатель колхоза Магомед Чартаев собрал актив, и они решили перейти на новую схему работы. Позже её назовут системой Чартаева. Полностью отказались от наёмного труда. Колхоз преобразовали в Союз собственников-совладельцев. Каждый стал собственником результатов своего труда и совладельцем всех общих ресурсов. Работник получал часть прибыли с каждой единицы выпущенной продукции. Доход делился пополам. Первая половина: «Фонд накопления» – расходы на здравоохранение, образование, страхование, дивиденды на паи, инвестиции, резервы. Вторая половина: «Фонд потребления» – это был личный доход труженика за вычетом всех его расходов. Принципиально важно: все расходы люди покрывали из своей доли (в том числе дирекция). К чему это привело: Себестоимость продукции уменьшилась в 4 раза и продолжала снижаться. Урожайность с гектара увеличилась в 5 раз. Затраты на обслуживание транспорта снизились в 20 раз. Производительность труда за 11 лет выросла в 64 раза (!!!) Численность управленцев уменьшилась с 79 до 11 человек, исчезла бюрократия. Исчезли многочасовые заседания. Учёт и отчётность упростились. Каждый мог отслеживать свои доходы и расходы по выписке с персонального счёта. Работники всех уровней стали мыслить как экономисты. Союз вырабатывал продукции больше, чем все сельскохоз предприятия Дагестана вместе взятые. Без поддержки государства, инвесторов и грантов. Уровень жизни стал невиданным для 90-х. Построили более 300 каменных коттеджей. Провели электричество и газ. Люди активно покупали автомобили и бытовую технику. Построили бассейн и культурно-развлекательный центр. Для хозяйственных нужд приобрели вертолёт. На новорождённых детей открывали счета и начисляли дивиденды. Рождаемость увеличилась в 6 раз. Врачи и учителя получали долю от общего заработка. Врач получал доход не за лечение больных, а за поддержание здоровых. Учитель получал тем больше, чем больше школьников поступали в престижные вузы. Формировали прибавки к пенсиям. Отличникам выплачивали стипендии. Материально поддерживались всех, чьи родственники погибли на войне. Целью работы Союза стало развитие территории в целом. Процветание местной ОБЩИНЫ. Система Чартаева остаётся уникальной и сегодня. Она соединила в себе элементы капитализма и социализма, индивидуальную и общую выгоду, производственную и потребительскую кооперацию. Магомед Чартаев пошёл в депутаты, чтобы передать свой опыт, но никто из российских властей его системой не заинтересовался. Австралия (2005 – настоящее время) Движение GetUP! — Вставай! В 2004 году премьер-министр Австралии Джон Говард был избран на четвёртый срок. Это ввергло страну в уныние. Всех достала политика Говарда и тот курс, который проводило его правительство. Придворные политические аналитики говорили, что Говард непобедим и незаменим. Молодой парень Джереми Хейманс с друзьями основал движение GetUP! – Вставай! Они выпустили талантливую телерекламу и попросили австралийцев выполнить простое действие – отправить политикам электронные письма. Отклик оказался мощным. За несколько дней десятки тысяч австралийцев отправили своим сенаторам электронные жалобы и присоединились к движению GetUP! Правительство сначала не замечало. Затем стало пытаться задавить движение. Устраивали расследования, но противодействие только укрепило доверие людей. Люди со всех концов страны стали подключаться к движению и отправлять свои пожертвования. В 2007 году, когда были назначены очередные выборы, движение GetUP! стало настолько массовым, что захлестнуло избирательный округ самого Джона Говарда. В итоге правительство Говарда утратило власть. Говард стал первым (почти за 100 лет) действующим премьер-министром Австралии, который лишился кресла в парламенте. Сегодня GetUP! – самое крупное политическое движение Австралии. В нём больше членов, чем во всех политических партиях страны вместе взятых. Не всё так просто. Пишут, что не обошлось без денег американского миллиардера Сороса. Но никакие деньги не сделали бы ничего, если бы сотни тысяч неравнодушных людей не объединились в сообщество, способное коллективно действовать. Голландия (2013 – наши дни) Дейв Хэккенс, Precious plastic. Молодой голландский дизайнер Дейв Хэккенс инициировал проект «Драгоценный пластик» (preciousplastic.com). Проект по кустарной переработке пластикового мусора в полезные изделия. Несколько лет Дейв в своей мастерской почти в одиночку проектировал и изготавливал линию по переработке пластика. Сам сделал мини-станки для всех этапов. Сортировка. Измельчение. Отливка. Дейв не стал делать из этого бизнес. Все чертежи выложил в свободный доступ. С помощью классных роликов привлёк внимание общества. Проект стал развиваться как открытое некоммерческое сообщество. «Драгоценный пластик» – это неформальное международное движение. Членами community считают себя более 50 000 человек из разных стран мира. В Европе, Америке и Азии команды активистов открыли более 400 маленьких мастерских по переработке пластикового мусора. Мастерская умещается в вагончике или морском контейнере. Проекты Дейва Хэккенса – это подходы 21-го века. Это экологические маломасштабные производства, интернет и краудфандинг, а также социальные технологии объединения. «Precious plastic» уже начал получать престижные европейские премии, но не зависит от крупного капитала и грантов. Полученную в 2018 году крупную премию Дейв решил потратить на развитие проекта, а сам живёт на ежемесячную поддержку от простых людей со всех концов света. Даже у меня с банковской карты каждый месяц списывается небольшая сумма в пользу Дейва Хэккенса. Гриндейл, США (1936 – настоящее время) «Маленькая деревня, которая могла и сделала». Основана во время Великой Депрессии. Известное фото, надпись на вывеске: «Бесплатно – кофе и пончики для безработных». Гриндейл – один из посёлков в рамках «Нового курса» Рузвельта. Цель – создание искусственной занятости – дать людям работу. Создать доступное комфортное жильё. Государство выделило землю, напечатало денег, оплатило постройку домов. В эти дома на правах дешёвой аренды были заселены малоимущие семьи из городских трущоб. За 15 лет люди встали на ноги и к 1952 году все дома были приватизированы. Посёлок проектировался так, чтобы развиваться силами местного сообщества (community) Плавные изгибы дорог повторяют ландшафт. Нет напряжённого сквозного трафика. Много зелени, лужаек, садов и огородов. Много беседок и мест, где люди могут встречаться и общаться. Дорожки специально сделаны узкими, а скамейки удобными, чтобы жители чаще встречались и знакомились.
Портрет американцев середины 20-го века как пророчество о нас
  • 545
  • 0
Нет человека, который был бы как остров, сам по себе. Каждый часть материка, часть главного. Если клочок земли смоет морем, меньше станет Европа. И будет так же, если смоет поместье твоего друга или твоё собственное. Смерть каждого человека умаляет меня, ибо я соединён со всем человечеством. А потому никогда не спрашивай, по ком звонит колокол. Он звонит по тебе. Джон Донн, английский поэт и священник (1572–1631) Вашему вниманию два отрывка из интервью американского социального организатора Сола Алинского журналу Плэйбой (1972). Перевод выполнен Ириной Жежко-Браун. Весь текст интервью с краткой справкой об авторе можно скачать здесь soorganizator.ru/resources/15 Первый отрывок – портрет американцев времён Великой депрессии. Я вижу здесь перекличку с портретом своего поколения и поколения моих родителей. Крушение СССР ввергло миллионы наших соотечественников в состояние Великой растерянности. Американцы Великой депрессии Журналист. Как близко страна была к революции во время Депрессии? Алинский. Намного ближе, чем обычно думают. Реформы Рузвельта спасли систему от самой себя и предотвратили полную катастрофу. Надо напомнить, что канули в прорву не только деньги людей, но и целиком их система ценностей. Американцы привыкли восхищаться своим обществом как перевалочным пунктом с земли в рай, с его ценностями упорного труда и бережливости как гарантии безопасности, успеха и процветания. И вдруг в течение нескольких дней билеты в рай были отменены без возврата их стоимости, и все перевернулось вверх дном. За одну ночь американская мечта превратилась в кошмар для подавляющего числа американцев и прекрасный мир с многообещающим концом вдруг подкрался и накрыл их с головой. Их сбережения испарились за закрытыми дверями обанкротившихся банков, их работа исчезла за закрытыми воротами фабрик, а их дома и фермы были отобраны у них из-за невыплаченных ипотек. Немедленно дымовые трубы фабрик стали безжизненными и холодными, машины остановлены и холод повис над страной. На рекламном щите: «Высочайший в мире стандарт жизни. Нет иного пути кроме Американского», 1937 Люди старались обмануть себя и говорили: «Это только сон, мы проснемся и увидим солнечный свет двадцатых снова в наших домах и на наших работах, с цыпленком в каждом котле и с двумя автомобилями в гараже». Однако, когда они открыли свои глаза, их обступила реальность нищеты и безнадежности, реальность, которой они никогда не ждали, которой они не заслуживали. Ведь они работали не покладая рук, откладывали на черный день и ходили в церковь каждое воскресенье. О, конечно, говорили они себе, бедность существует, но где-то далеко от нас, в темных уголках нашего общества. Она угрожает черным и людям со смешными иностранными именами, тем, кто не умеет говорить по-английски, но это не может случиться с нами, с божьими людьми. Но темнота не только не ушла, она еще более сгустилась. Сначала люди онемели и отдались отчаянию, но постепенно они начали приглядываться к новому и страшному миру, в котором они оказались, и стали пересматривать свои ценности и приоритеты. Нас учили в школе и с амвона, что бедные будут всегда, потому что всегда будет сколько-то не приспособленных к жизни людей, неудачников, дураков или лентяев. Но чтобы мы все оказались идиотами, или бездеятельными, или некомпетентными? Новое настроение стало закипать в стране, и общее несчастье стало постепенно разъедать традиционные ценности здорового индивидуализма, бескомпромиссной конкуренции и лицемерной филантропии. Люди начали искать что-то, на что они могли бы опереться, и они нашли друг друга. Мы неожиданно обнаружили, что беспощадный закон выживания наиболее приспособленных больше не работает, что другие люди могут принимать участие в наших проблемах, а мы можем помочь им в их проблемах. Что-то похожее возникло в Лондоне во время налетов авиации во время Второй мировой войны, когда социальные барьеры были сломлены перед лицом общего несчастья. В тот момент в Америке стали слышны новые голоса и возникать новые ценности. Люди начали цитировать Джона Донна: «Нет человека, который был бы как остров». Они обнаружили, как много общего у них есть с другими людьми, и стали объединяться, чтобы улучшить свою жизнь. В первый раз после движения за отмену рабства между черными и белыми возникло действительное единство, когда представители обеих рас сошлись вместе, чтобы противостоять угрозе безработицы и снижения заработной платы. Это был один из наиболее важных аспектов тридцатых годов: не просто политическая борьба и реформы, но и внезапное осознание общей судьбы и человеческих связей между миллионами людей. Наблюдение за этим процессом, и тем более участие в нем, – волнующий и воодушевляющий опыт. На вывеске: «Бесплатно. Чашка кофе и пончики для безработных», 1930-е Наши дни в России отличаются от описанного преимущественно тем, что из кризиса 90-х мы пока не пришли к «внезапному осознанию общей судьбы и человеческих связей между миллионами людей». Пока ещё не сломлены «социальные барьеры перед лицом общего несчастья», а «чёрные» и «белые» среди нас пока ещё не «сошлись вместе, чтобы противостоять угрозе безработицы и снижения заработной платы». Кризис 90-х в России не привёл к масштабному осмыслению и поиску альтернативы, потому что был затушен «нефтяным дождём» начала 2000-х. Не поняв, что произошло, не получив опыта преодоления социальных барьеров и народного объединения перед лицом общего несчастья, мы слишком быстро кинулись строить свою жизнь на «ценностях здорового индивидуализма и бескомпромиссной конкуренции». Средний класс американцев успел снять с этих ценностей свои барыши, успел пожить сыто и комфортно, и только много позже столкнулся с очередным внутренним кризисом – непонятным и страшным. Прочитайте второй отрывок, в котором описывается портрет американцев 1960-70-х. Разве это не похоже на ожидания нашего поколения? И разве это не похоже на пророчество или предупреждение о тревожном будущем нашем и наших детей? Американский средний класс 1960-1970-х Журналист. Тезис администрации Никсона о молчаливом большинстве построен на предположении о том, что средний класс по своей природе консервативен… Алинский. Консервативен? Какая чушь. Сейчас люди из среднего класса на перепутье. Но в ближайшие годы они могут пойти – и пойдут – в одном из двух направлений: либо в сторону собственного американского фашизма, либо в сторону радикального социального изменения. Сейчас они апатичны, их образ жизни Генри Торо назвал «жизнью в состоянии тихого отчаяния». Они подавлены налогами и инфляцией, отравлены загрязнением окружающей среды, напуганы новой молодежной культурой, сбиты с толку компьютеризированным миром вокруг них. Они работали всю свою жизнь, чтобы иметь маленький домик в пригороде, цветной телевизор, два автомобиля, а сейчас вся их хорошая жизнь обращается в прах. Их личная жизнь, как правило, пуста, их работа не удовлетворяет их, они сдались на милость транквилизаторов и обезболивающих средств, они тонут в своей тревожности и алкоголе, они чувствуют себя в западне своих неудачных браков или подавлены виной разводов. Они теряют своих детей и свои мечты. Они чувствуют себя отчужденными, безликими, отвергнутыми, потерявшими надежду, без возможности влияния на политические процессы. Их утопия статуса и обеспеченности превратилась в безвкусный пригород, их двухэтажные дома проросли тюремными решетками и их разочарованность стала перманентной. Они первыми начали жить в мире, полностью управляемом массмедиа; каждый вечер они включают телевизор и новости приходят в их дом. Они видят неправдоподобный цинизм, ложь и откровенный идиотизм наших национальных лидеров, коррупцию и разрушение наших социальных институтов – от политических и судебных до Белого дома. На их глазах общество рушится, и они рассматривают себя как маленьких неудачников внутри большой неудачи. Все их старые ценности покинули их, лишая их компаса в море социального хаоса… …Когда сообщество – любого вида сообщество – чувствует себя лишенным надежды и беспомощным, оно нуждается в ком-то извне, кто придет и потревожит осиное гнездо. Это моя работа – поставить под сомнение и сломать заведенный порядок, заставить всех задавать вопросы, научить их перестать разговаривать и начать действовать, так как сытые коты у власти никогда не слышат, пока им не дадут пинок под зад. Я не говорю, что это легко сделать: люди среднего класса крайне инертны, настроены на поиск безопасного и легкого пути, боятся раскачивать лодку. Однако они начинают понимать, что их лодка и так тонет, и если они не возьмутся ее спасать, они все уйдут под воду. Средний класс сегодня шизоидный, его политические воззрения противоречат объективной ситуации. Инстинкт диктует людям среднего класса поддерживать статус-кво и радоваться ему, но реальность их ежедневной жизни подталкивает их к мысли, что этот статус-кво эксплуатирует и предает их. …Средний класс чувствует себя сегодня гораздо более деморализованным и растерянным, чем даже неимущие. И эта ситуация чревата как возможностями, так и опасностью. Внутри среднего класса Америки зреет вторая революция – революция потерянных, испуганных и еще не нашедших публичного выражения своим чаяниям лидеров, нащупывающих возможные альтернативы на обретение надежды. Их страхи и разочарования по поводу собственной беспомощности могут превратиться в политическую паранойю и толкнуть их в сторону правых, делая их легкой добычей какого-нибудь всадника на коне, обещающего возврат утраченного рая. Движение правых укажет им на козлов отпущения – черных, хиппи, коммунистов, и если оно преуспеет, эта страна станет первым тоталитарным государством, национальный гимн которого прославляет «землю свободных и дом смелых». Мы не покинем поле битвы за средний класс без долгого и упорного сражения – сражения, которое мы собираемся выиграть, потому что мы покажем среднему классу его реальных врагов – корпоративную элиту, которая фактически правит страной и разрушает ее. Именно эта элита реально выигрывает от экономических реформ, которые проводит президент Никсон. А когда средний класс увидит этого врага, элите не поздоровится… Американский средний класс, 1950-е Интервью вышло в 1972 году. Как мы теперь знаем, социальные потрясения в Америке начались несколько десятилетий спустя. Сначала было доведение диктатуры «корпоративной элиты» до своего предела (Клинтоны, Буши), затем перетряхивание общества под лозунгами заботы о социальных меньшинствах (Обама), затем реформы под прикрытием заботы о среднем классе – «молчаливом большинстве» (Трамп). Но «сытые коты у власти» по-прежнему правят страной независимо от лозунгов. В России наших дней не успел сформироваться самодостаточный средний класс: мы едва успели прикоснуться к тому, чтобы «иметь маленький домик в пригороде, цветной телевизор, два автомобиля», но уже успели почувствовать тревогу о том, что «вся наша хорошая жизнь обращается в прах». Что нас ждёт? Мечтать о сытой и спокойно жизни или готовиться к масштабному кризису? Шушукаться на кухнях, кричать на площадях о зажравшихся олигархах, революциях и народном заступнике? Или искать пути для ненасильственного объединения и обновления снизу? Вот вопросы. Вот повестка! Источник: Soorganizator.ru
Социальные организаторы и развитие сельских территорий (видео)
  • 1,243
  • 4
За 30 лет исчезли десятки тысяч деревень. А ведь сельская местность — основная территория России. Если все соберутся в мегаполисах — стране каюк. Необходимо решение, которое вернёт в деревни миллионы желающих. Но фрилансеры — тупик. Экопоселенцы — таёжный тупик. Фермеры — агро-тупик. Крупные инвесторы — крупный тупик. Эти пути в 21-м веке не способны создавать на селе массовые рабочие места. Однако выход есть... https://www.youtube.com/watch?v=i_eo8DM40Sk Это видео на vk: https://vk.com/soorganizator?w=wall-179687770_13 Стенограмма моего выступления на межрегиональной конференции «Сообщества: перспективы и технологии развития», г. Уфа, 18.12.2019. Здравствуйте, уважаемые участники! Тема моего выступления «Проблемы развития сельских территорий и местных сообществ: роль подготовки организаторов». Проблемы известны. Общая деградация сельских территорий России за последние десятилетия. Исчезновение тысяч и тысяч деревень. Рост безработицы и бедности. Низкая доля собственных доходов муниципалитетов. Отток молодёжи в города. Сельская местность – преобладающая территория России. Если все жители соберутся в мегаполисах, то это будет равносильно потере страны. Необходимо решение, которое вернёт в деревню миллионы людей. Как понять, что территория развивается? Это значит, что там живут люди. В экономическом смысле это наличие огромного количества рабочих мест. Возьмём Иглинский район. Большая площадь. Великолепная природа. Четыре реки. Близко к городу и к федеральной трассе, то есть к основным рынкам сбыта. Возможности для сельского хозяйства, сельского туризма, для открытия любых производств. Сколько людей нужно, чтобы эта территория не просто выживала, но бурно развивалась? Я думаю, 128 населённых пунктов Иглинского района легко вместили бы и 10 и 20 тысяч рабочих мест. Какие сегодня существуют варианты заселения сельской местности? Первый путь – одиночки-фрилансеры. Но могут ли эти люди обеспечить работой кого-то кроме самих себя? Да и где взять 10 тысяч программистов или блогеров, желающих переехать в деревни Иглинского района? Второй путь – одиночки-экопоселенцы. Они накопили значительный опыт жизни вне города, но они чаще всего изолированы. В основе движения экопоселений лежит импульс бегства из города, бегства «из системы», как они это называют. С местными жителями и местной властью эти люди находятся если не в состоянии конфликта, то в состоянии очень слабого взаимодействия. Третий путь – одиночки-фермеры. Я знаю, у нас обучают сельхозпроизводителей, поддерживают грантами. Это правильно, должен же хоть кто-то уметь делать нормальную еду. Но кто такой фермер? Успешный фермер на западе – это сотни гектаров земли, сотни голов скота. Фермер это уменьшенная копия агрохолдинга. Если перефразировать известную шутку: нет такого фермера, который хотя бы на час не мечтал стать агрохолдингом. J Фермер стремится укрупнять угодья, автоматизировать труд, повышать прибыль. Фермер НЕ стремится к увеличению числа людей на полях, то есть опять не получить тысячи рабочих мест. Говорят, на западе сильна кооперация фермеров. Но сколько фермеров сможет вместить Иглинский район? Сотню? Тысячу? А нужны десятки тысяч мелких производителей, и не только в области сельского хозяйства. Четвёртый путь очень нравится губернаторам и главам. Он называется «крупный инвестор». Дядя с большими деньгами, который построит завод или огромную ферму. Но крупные производства уже давно не создают массовые рабочие места. Современная автоматизированная ферма – десять рабочих мест. Современный компактный завод – сто рабочих мест. Огромный Кроношпан у нас под боком – это несколько сотен штатных сотрудников. У крупного инвестора есть ещё одна беда – это чаще всего внешний игрок по отношению к территории. Он отдаёт, чтобы забрать больше. А прибыль уходит в большие города или в офшоры. Сегодня крупный инвестор высасывает ресурсы из территории. А для развития территории нужно, чтобы значительная часть прибыли оставалось внутри территории. Мне выгодно, что бы мой сосед предприниматель заработал на мне. И потратил здесь же. Может быть, он купит что-то у меня. Развитие территории в 21-м веке, это сами жители, САМОЗАНЯТЫЕ в широком смысле, которые создают тысячи маленьких рабочих мест и объединяются в сеть. Но для этого эти жители должны уметь объединяться, уметь кооперироваться. Должны быть территориальным кластером. Как достичь этого? У профессора В.Л. Глазычева мне понравилась фраза: «Конструктивное отчаяние». Как-то в порыве такого «конструктивного отчаяния» я спросил у яндекса: «Как возродить деревню?». Почти сразу нашёл книгу Глеба Тюрина «Опыт возрождения русских деревень». Это был выход из тупика! Команда городских энтузиастов пришла в умирающие деревни Русского Севера. Люди просто собирались для общения в деревенских клубах, в избах. Но видимо, у этих горожан были что-то, чего не было у местных жителей. Постепенно деревенские начинали думать и действовать как-то иначе. Стал уходить «патернализм», вера в большого начальника, который должен жать денег и всё сделать за нас. Деревенские начали понимать, что они могут многое. Что под ногами полно бросовых ресурсов, которые можно использовать. Что даже в самой глухой деревне можно запустить успешные проекты, если перестать быть одиночками, а действовать сообща. При общих затратах в 1.5 миллиона рублей (в виде микро-грантов от губернатора) было запущено проектов с капитализацией в 30 миллионов рублей (это начало нулевых). Много ли мы знаем решений, которые дают умножение в 20 раз? Суть этого решения – объединение людей на местности, местные ресурсы и местная творческая инициатива. Но есть проблема: люди не любят и не умеют объединяться самостоятельно. У того же Глазычева есть наблюдение о том, что никакой самоорганизации сообществ давно нет ни у нас, ни на Западе. Что всегда это «проектно-волевая» деятельность конкретных людей, инициаторов, организаторов. Есть книга американского экономиста Элионор Остром, называется «Управляя общим». Там на основании большого эмпирического опыта показано, что общими ресурсами могут успешно управлять только сами пользователи – организованные местные сообщества, но не правительства и не частные компании. В этой книге упоминается работа Мансура Олсона «Логика коллективного действия». Олсон пишет: «Если группа не слишком мала, и нет вмешательства извне, которое заставляет каждого действовать в общих интересах, то рациональные индивиды, преследующие собственные интересы, НЕ будут действовать ради интересов общих». По-моему, это показывает, что самоорганизация возможна либо в очень маленьких коллективах (семья или артель), либо под давлением серьёзной внешней угрозы. А если угроза неочевидна или речь идёт о более-менее крупных сообществах, то для объединения всегда нужна помощь специалиста. Парадокс: объединившись, люди могут решать любые проблемы, но решить самостоятельно первичную проблему – объединиться – могут почему-то не всегда. Понимание этого породило в мире такой род деятельности как организатор сообществ (community organizer), социальный организатор (social organizer). В мире уже не одно десятилетие готовят тех, кого можно назвать специалистами по развитию местных сообществ, комьюнити-менеджерами, социальными организаторами. Сто лет назад в США был принят закон о том, чтобы «в каждом сельском графстве действовал хотя бы один обученный инструктор или странствующий учитель». Сегодня этих профессионалов там называют «агентами по развитию сообществ». В США с начала 20-го века проблемы развития сообществ стали предметом научных исследований. Сложилась система университетской поддержки развития сообществ (система Extension). Несколько десятков ВУЗов выдают дипломы по специальности «Развитие сообществ». Отдельно можно упомянуть американского социального организатора Сола Алинского. Это очень неоднозначная фигура, я бы даже сказал, демоническая, но он создал свою технологию объединения разрозненных людей в сообщества, способные активно отстаивать свои гражданские права. Сначала Алинский экспериментировал с местными сообществами, затем переключился на создание организованного протеста с помощью объединения любых сообществ. Последователи Алинского использовали его технологии, чтобы сделать Барака Обаму президентом страны два раз подряд. Сам Обама начинал как community organizer в чёрных кварталах Чикаго. В прошлом году отпраздновала 65-летие «Международная ассоциация развития сообществ». Эта ассоциация объединяет членов из более чем 70 стран мира. С 1960-ых годов выпускает журнал «The Community Development Journal». По данным Ассоциации, в 38 странах семи регионов мира были обнаружены более 1000 учебных программ и курсов, которые так или иначе связаны с тематикой развития сообществ. Более 700 курсов были обнаружены в Южной Африке. Это понятно: чем проблемнее территория, тем насущнее опора на собственные силы, а значит, более востребованы специалисты по развитию местных сообществ. Как вы думаете, сколько курсов было обнаружено в России? Ноль. Только в этом году вылетела первая ласточка – короткий курс «Менеджер местных сообществ» под началом Е.С. Шоминой. Конечно, можно вспомнить опыт Игоря Кокорева, который в 90-е годы пытался на деньги западных грантов заниматься организацией местных сообществ и подготовкой специалистов. Можно вспомнить начало самого движения ТОС, которое возникло вокруг темы объединения местных жителей ради решения местных проблем. Обязательно нужно вспомнить, что в России колоссальный собственный опыт местного развития. Вспомним крестьянскую поземельную общину, из которой выросло всё остальное. Это артельная форма организации труда. Это земское самоуправление в конечном счёте. Это широчайшая волна кооперации, которая захлестнула страну на рубеже 19-го и 20-го веков. В кооперативной экономике вращались миллиарды царских рублей. Наши кооператоры поставляли товары в Европу и даже в Америку. Открывали кооперативные магазины, учебные заведения и больницы. Работал кооперативный банк Наш опыт местного развития разлетелся по всему миру. В Китае прорыв начался, когда Дэн Сяопин отказался от тупиковых реформ Мао и сделал ставку на кооперацию мелких производителей. Сяопин многому научился в России во времена НЭПа. В тех же США значительную часть рабочих мест и валового продукта создают не крупные корпорации, а сети мелких фирм в провинции. То же относится и кооперативным движениям в Европе. Что лежит в основе всего этого? Объединение людей на местности. Сегодня мало учебников по местному развитию, а учебников по развитию сообществ нет вообще. Всё на английском. У нас до сих пор нет понимания того, что такое community development и кто такой community organizer. Даже слова удобного на русском языке нет. Хотя я слово нашёл. Соорганизатор. Это не только один из организаторов. Это ещё неологизм – социальный организатор. Тот, кто объединяет разобщённых людей в деятельное сообщество. Не обязательно всем становиться профессионалами в этой области. Но каждый активный сельский житель, предприниматель и депутат должны действовать как социальные организаторы. Иначе депутаты не разобьют стеклянную стену между собой и народом. Предприниматели продолжат конкурировать друг с другом в одной деревне, вместо того, чтобы объединять усилия. А простые граждане останутся в безнадёжности, ожидая помощь откуда-то сверху. От инопланетян, наверное? Мне нравится побережье реки Сим в Иглинском районе, я хотел бы построить там дом. Но хочется ехать туда не как одиночка, а как организатор изменений. Пусть для начала в отдельно взятой деревне. Я открыл в интернете форум по адресу soorganizator.ru – для обмена опытом по темам, связанным с развитием территорий и развитием сообществ. Я написал книгу «Школа социального организатора как проект развития местных сообществ». Книга выложена для бесплатного доступа на указанном сайте. Школа социального организатора – это некоммерческая площадка, где люди могут помогать друг другу становиться организаторами сообществ. Помогать на принципах открытости, соучастия и бесплатного доступа любых учебных материалов. Я открыл некоммерческий Фонд развития местных сообществ «Соорганизатор». Хочу поблагодарить команду Фонда развития города за проект «Конструктор сообществ». Давайте выполним его вместе! Более актуальной темы сегодня не существует. И давайте уже сейчас подумаем о том, как продвигать тему не только с помощью грантов. Вполне логично, чтобы проекты по развитию сообществ поддерживались самими сообществами. Спасибо!
Сверху